November 10th, 2008

glaz

(no subject)

Я пытаюсь сказать две вещи: это дает важный ключ к пониманию этнического, религиозного и тому подобного фундаментализма. Это не есть, как пытается нас убедить некий социолог, бегство от свободы. Мол, «мы живем в постмодернистское время, когда нет заданной структуры, основанной на твердых ценностях; мы свободны, мы должны выбирать все, начиная от нашей сексуальной ориентации, религии и кончая этнической принадлежностью». Идея этого социолога состоит в том, что радикальная неопределенность, это отсутствие ежедневных координат, порождает тревогу и вынуждает людей к уходу обратно, в традицию, обеспечивающую чувство определенности. Я утверждаю, что это в лучшем случае только одна сторона вопроса. Гораздо более важна противоположная сторона.

Это понимание пришло ко мне с достаточно тяжелым опытом, который я получил в начале 90-х годов, в Белграде, где в кафе я случайно встретил так называемых этнических убийц. Я получил от них урок жизни. Они мне сказали: «О каком страхе свободы идет речь? Наоборот! Современное либеральное общество есть общество угнетения и перерегулирования. Что это за свобода, когда я не могу иметь женщину, которая мне нравится, я не могу побить свою жену, мне запрещают курить, убить того, кого я ненавижу», и т.д. и т.п. Они понимали этнический фундаментализм так: на поверхности вы возвращаетесь куда-то назад в традицию, а в реальности вы становитесь свободным. Достаточно объявить себя слугой нации — и можно идти в Боснию, чтобы убивать и насиловать, «становиться свободным». Для них это была новая свобода.


По наводке wolf_kitses

По моему ощущению фраза Достаточно объявить себя слугой нации — и можно идти в Боснию, чтобы убивать и насиловать, «становиться свободным». это уже слабая фраза. Дань автора западному читателю и его стереотипам. Главное сказано чуть раньше. Вопрос достаточности - вторичен. Одному действительно достаточно объявить себя тем-то и тем-то. Другому недостаточно, другому нужно погрузиться в ту, иную традицию, потрудиться на её благо, послужить ей. Этот второй не халявщик, он готов принести в жертву что-то свое. Включая, может быть, жизнь. Но идет он туда же, за вот этой свободой от перерегулирования его жизни либеральными ценностями. По сути он уже пришел туда одной своей готовностью. И вот это действительно процесс нехороший, так как мало того, что идет сам, так ещё и с выделением энергии стремясь перерасти в цепную реакцию. Фактически процессы прорастания зерен фундаментализма этнического и религиозного становятся чуть ли не естественными процессами, которые требуется постоянно подавлять искуственно. Подавление же энергию и ресурсы жрет.
madg

рабочее

Ненавижу, когда процесс тормозиться. Когда группа людей делает одно, большое дело, этому процессу тормозиться просто противопоказано. Тормоза убивают процесс. Сразу падает скорость, а значит и объемы обмена энергии между членами группы. Даже если инфообмен поддерживается на прежнем уровне интенсива, это не более чем работа на холостом ходу. Там нет нужных мощностей и все это чувствуют. Чувствуют в виде "я не выкладываюсь" и "меня не прет". А значит всплывают вторичные мотивации, типа это для денег, опыта, авторитета в кругах и т.д. Которые могут подстегивать и держать группу вместе дальше. Но не как энергетический вихрь, в каких-то иных формах. Потому как если энергия не течет здесь, значит она течет где-то ещё И это "где-то ещё" начинает доминировать. Там обмен энергией, там жизнь, а здесь работа, проект, участие, оттачивание навыков, чего-то ещё. Группа становится рыхлой, формальной, группой функциональных единиц. Так тоже делаются вещи и дела, но это бледные тени тех вещей и дел, за которые группа бралась изначально. Когда была именно группой единомышленников и энтузиастов располагающей тем запасом энергии которую была готова в процесс выплеснуть.